|
С СОВКОВЫМ ПРИВЕТОМ
Александр СЕРЕГИН: “Собираю Родину, пусть кричат “уродина”
 Куда девается прошлое? Нашему корреспонденту удалось обнаружить место, где собрана вся проза повседневной жизни наших дедушек-прадедушек.
Каких-нибудь пять минут езды за МКАД по одному из запруженных машинами московских шоссе — и вот она, цель моего репортерского путешествия, “аномалия”, где удалось осуществить своеобразный провал во времени. В десятке метров от обочины выставлены телеги, кованые якоря, старый прицеп-бочка для кваса… На фасаде дома, что высится за ними, выведено крупными буквами “Музей позабытых вещей”. А в крыше этой постройки, пробив черепицу, застряла… боевая ракета тактического назначения!
— Это я шутки ради боеприпас в крышу воткнул, — улыбается владелец территории Александр Серегин. — Но ракета самая настоящая, из числа тех, что стояли прежде на вооружении Советской армии. Вернее — только корпус от нее. Такую пустышку однажды довелось по случаю приобрести в пункте приема металла в Бирюлеве: увидел среди груды железяк и выкупил у хозяина точки. Вез свой трофей сюда по Кольцевой прямо в кузове своего пикапа. Водители попутных машин восторженно сигналили, увидев такую штуковину, а от внимания гаишников удалось ускользнуть благодаря сверхплотному потоку транспорта на кольце: за окружавшими меня автомобилями инспектора на постах ГИБДД пикап-ракетоносец попросту не могли заметить.
Эпизод с покупкой ракеты — из числа нетипичных для Александра. Обычно он привозит в свой музей совсем иные вещи: самовары, утюги, ламповые радиоприемники, часы-ходики… Недаром же знакомые называют Серегина главным московским старьевщиком.
— Страсть к коллекционированию у меня проявилась в детстве, как и у многих мальчишек. Однако большинство с годами о таком увлечении забывают, а я заболел всерьез. Причем какого-то приоритетного направления в моем собирательстве нет — готов тащить в свою коллекцию практически любой предмет почтенного возраста. Чтобы было где размещать все эти раритеты, лет 15 назад обзавелся участком земли с несколькими постройками в пригородном поселке. Теперь формирую здесь выставочную экспозицию, которую назвал “Музей позабытых вещей”. “Позабытых” именно с точки зрения радикальных перемен, произошедших в повседневной жизни. Моя идея — сохранить тот вещественный пласт культуры, быта, который относится ко времени молодости наших родителей, дедушек и бабушек… Пробудить в людях старшего поколения добрые воспоминания о беззаботных годах их детства и юности, а нынешней молодежи продемонстрировать, в каких условиях жили их предки, рассказать о феномене советского человека, существовавшего в “коммунальный” период и строившего социализм в стране. Обыденные предметы из того времени сейчас стремительно исчезают, фактически не оставляя следа даже в музейных собраниях, так что современным юношам и девушкам попросту негде их увидеть. Вот я и решил восполнить этот пробел.
…Александр ведет меня по своим закромам. Чего здесь только нет! — Несколько старых, чуть ли не 40—50-х годов выпуска, телевизоров, “доисторические” катушечные магнитофоны, пионерские горны, люстры с пластиковыми плафонами (писк моды начала 1960-х!), чугунные печные вьюшки с литыми узорами… Целый угол в одной из комнат завален чемоданами — с такими лет 40—50—70 назад граждане СССР мигрировали по стране. А рядом застыл мотороллер “Вятка” полувековой давности…
— Я бы и автомобили того времени охотно в свою экспозицию включил, да только ставить их негде, — сокрушается Серегин. — От большинства крупногабаритных предметов вынужден отказываться. Хотя вот целую коллекцию советских автоматов по продаже газированной воды собрать все-таки удалось. Самому старому из них больше 50 лет, и подобных экземпляров, пожалуй, больше нигде уже не отыскать!.. А вот — кабина уличного телефона-автомата. Казалось бы, еще вчера такие красно-белые будки стояли по Москве буквально на каждом углу, но теперь… Эту мы смогли спасти лет 7 назад: ее уже собирались увозить в металлолом. Знаю еще лишь один уцелевший экземпляр: хранится на складах “Мосфильма”.
— Вот другой совершенно уникальный “объект”. Догадайтесь, что это… — Из застекленного шкафчика (тоже, между прочим, “реликтовый” образец: такие хранилища для инструментов и препаратов стояли в прежние времена в медицинских кабинетах) Александр с гордостью истинного коллекционера извлек некую эмалированную штуку зеленого цвета. Похоже на небольшой чайник, только горлышко что-то уж слишком широкое… Однако видно — вещь абсолютно непользованная, прямо из фабричного цеха.
Видя мое затруднение, Серегин не стал усугублять интригу и открыл тайну: “Перед вами — мужская медицинская утка. Год выпуска — 1967-й. Вот тут и маркировка соответствующая имеется. Как это медицинское чудо уцелело до наших дней, сказать не могу. Может, завалялся последний экземпляр где-то на складе. А ко мне попал все тем же традиционным путем: из пункта приема утильсырья”.
Коллекционерские интересы Александра охватывают уже и совсем недавние, казалось бы, времена. Среди собранных в комнатах экспонатов можно увидеть, скажем, мониторы и клавиатуры самых первых персональных компьютеров, мобильные телефоны образца 1990-х… По-настоящему эксклюзивным экземпляром серегинской коллекции является самогонный аппарат, изготовленный умельцами в период печально знаменитой горбачевской антиалкогольной кампании. От многочисленных своих собратьев этот агрегат отличается тем, что выполнен он по суперпрогрессивным технологиям с применением самых дефицитных материалов (бак, например, сварен из титана). Еще бы, ведь делали-то аппарат для получения градусов в цехе одного из наших ведущих космических предприятий! Еще один очень впечатляющий экспонат из недавней эпохи расцвета дикого российского капитализма — новехонький расписной унитаз — сантехнический комплект, по индивидуальному заказу оформленный мастерами под гжель.
Впрочем, наряду с совсем “юными” еще предметами быта в коллекции можно увидеть и весьма старинные вещи.
— Полюбуйтесь: медный рукомойник XVII века, — показывает Серегин. — Кто-то его сдал в пункт скупки цветных металлов, а я у них перехватил, почистил, подправил… Таким же путем попала ко мне старинная медная баклажка для воды, украшенная чеканкой. Ну а самоваров-то за эти годы собралось — несколько десятков… В числе явно “доисторических” вещей встречаются иногда такие, назначение которых сразу и не поймешь. Вот, взгляните, металлическая рукоятка, а на ней стержень, заканчивающийся небольшим тупым крючком. Оказалось, что это специальное приспособление, которым пользовались в старину дамы, чтобы самостоятельно зашнуровывать корсеты. А рядом еще одно изобретение наших прадедов: подставка для крепления спичечного коробка, чтобы можно было зажигать спички одной рукой.
Вещи для коллекции попадают к Серегину не только из вторчермета. Узнав о существовании старьевщика-энтузиаста, некоторые москвичи сами обращаются к нему по телефону с предложениями. Один из таких звонков раздался как раз во время нашей беседы с Александром: “У меня от родителей сохранилась спальня, купленная еще в 1953 году, — сообщил женский голос. — Судьба этой мебели мне небезразлична. Может, для вас она пригодится…”
— А бывает и так, что люди, узнавшие о существовании такого музея, попросту привозят сюда не нужные им старые вещи, быстренько выгружают их из машины прямо перед воротами и уезжают…
У Серегина есть несколько помощников, занимающихся коллекцией “Музея позабытых вещей”. Они ремонтируют и реставрируют экспонаты, проводят для гостей импровизированные экскурсии…
Часть своих трофеев Александр отдает другим: “Совсем недавно, перед юбилеем Победы, ко мне обратились представители одного из советов ветеранов войны с просьбой отдать им старый радиотрансляционный приемник. Такие “тарелки” люди слушали во время Великой Отечественной, узнавая последние новости с фронтов. Вещь действительно легендарная, настоящая примета времени, напоминание о военных годах — вот ветеранам и захотелось установить подобный приемник у себя в помещении совета. Я, конечно, не смог отказать. А детскому саду в Куркине передал маленькую коллекцию: старую прялку, глиняные кувшины, самовар… Они там для детишек оборудовали этнографический уголок, украшенный вещами из бабушкиных сказок.
Коллекция Александра Серегина доступна для всех, причем полюбоваться на экспозицию “Музея позабытых вещей” можно совершенно бесплатно.
— Много ли бывает посетителей?
— Нельзя сказать, что много. Когда прямо напротив входа в музей устроили остановку общественного транспорта, я, честно говоря, подумал: ну вот, теперь народ, выгрузившийся из автобусов, по пути наверняка станет валом валить сюда — хотя бы из простого любопытства. Но ничего подобного не случилось, местные жители как-то не очень интересуются старым бытом. Зато наведываются гости из Москвы и более отдаленных мест, специально приезжают сюда на машинах. Даже иностранцы неоднократно заглядывали, группы китайцев, например. Их всегда в особое возбуждение приводят бюсты и статуэтки Ленина, выставленные в одном из помещений.
— Ваши раритеты от визитеров не страдают? Ведь витрин, каких-то специальных ограждений нигде нет.
— Увы, случаются потери. Хотя вещей у меня накопилось уже много, но практически каждую помню в лицо. Иной раз проходишь по комнатам с экспонатами и видишь: у старого радиоприемника ручку настройки скрутили или еще какая-то мелочь пропала… Но это, что называется, технологически неизбежные потери. Прятать свою коллекцию от людей, запирать ее от чужих глаз за семью замками я не хочу. Пусть любой желающий приходит сюда и получает удовольствие от погружения в этот уютный мир прошлых лет. | Автор: Александр ДОБРОВОЛЬСКИЙ. Александ
остальные материалы этого выпуска | на главную страницу |
|
|
|
